Как депутаты хотят изменить жизнь казахстанских врачей и пациентов

В предстоящую среду, 24 января 2024 года, депутаты Мажилиса Парламента РК рассмотрят законопроект «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Республики Казахстан по вопросам здравоохранения». В эксклюзивном интервью редакции Press.kz депутат Мажилиса РК Асхат Аймагамбетов рассказал, как изменится жизнь казахстанских врачей и их пациентов, если законопроект примут.

Фото:

Асхат Канатович, расскажите, какие основные цели преследует законопроект по вопросам здравоохранения?

— Законопроект имеет два направления. Во-первых, он направлен на внедрение обязательного страхования профессиональной ответственности медработников. Во-вторых, меры по повышению статуса медработника с соответствующими социальными гарантиями, в соответствии с поручениями Президента. Вторая часть намного понятнее и менее дискуссионная. К примеру, одна из первых новелл, это было прямое поручение главы государства, за выдающиеся достижения и особые заслуги медицинского работника перед Республикой Казахстан ему присваивается почетное звание «Қазақстанның еңбек сіңірген дәрігері» (Заслуженный врач Казахстана) с предоставлением единовременной выплаты в размере 1000-кратного МРП. Еще будет проводиться республиканский конкурс «Лучший в профессии», где победителям предоставится единовременная стимулирующая выплата в 500 МРП. Также мы своей поправкой предусмотрели дополнительную возможность, чтобы стимулировать врачей ехать и работать в сельских медицинских организациях, давать им подъемные. Данная поправка отработана с правительством, по ней есть заключение. То есть, если законопроект будет принят, то молодые специалисты в качестве подъемных получат в пределах 100 МЗП. Это сейчас порядка девяти миллионов тенге. Так как размер минимальной заработной платы растет, в следующем году это будет еще больше. То есть, фактически, молодой медработник, который приезжает в отдаленное село работать, помимо льготных кредитов по программе «С дипломов в село» и зарплаты, единовременно получит порядка девяти миллионов тенге. Это хороший очень стимул.

Эти подъемные будут выплачиваться сразу или есть какие-то сроки по их выплате?

— Молодые специалисты должны получать подъемные сразу, если мы говорим о дипломированных медицинских работниках.

Какие еще нормы вы внесли в законопроект?

— Одна из норм предусматривает выдачу образовательных грантов детям, родители которых погибли при исполнении профессиональных обязанностей. Еще одна норма — это приоритетное право получения места в детском садике. Или, к примеру, предоставление права на отсрочку для службы в армии.

Разве когда казахстанцы поступают в университет, у них автоматически не появляется отсрочка? Все равно могут забрать?

— Здесь больше про молодых специалистов речь, уже завершивших обучение в вузе. Поэтому мы эту норму дали.

Давайте поговорим о страховании профессиональной ответственности медицинских работников. Это одна из самых широко обсуждаемых тем в нашем обществе. Что вы можете сказать по этому поводу?

— Страхование профессиональной ответственности медицинских работников преследует три задачи. Первая — это защита прав пациентов. Вторая — это защита прав медицинских работников. Третья, об этом все забывают, — это повышение качества медуслуг. Когда мы говорим о защите прав пациентов, сейчас какая ситуация? Если, условно, нанесен вред вашему здоровью, то по нынешней системе вы обращаетесь в суд, проходите множество экспертиз. Это очень сложная процедура для граждан. Как следствие, из-за неудовлетворенности решением вопроса у пациентов к врачам при такой модели остается большое количество жалоб и попытки привлечения их к еще более строгой ответственности. Так как хотят чтобы возместили вред, а система возмещения очень сложная. Ну и надо признать, на практике определенное количество таких проблемных дел неформально решается на уровне самих медорганизаций, когда коллеги сами скидываются и помогают возместить вред. То есть, фактически, на сегодняшний день медицинский работник выплачивает ущерб со своего кармана, не важно через суд или решая проблему неофициально на месте. Это финансовая нагрузка ни них. Теперь же при наличии страховки ущерб будет оплачивать страховая компания. Важно тут сказать вот что. Все это, в свою очередь, повлияет на качество медицинских услуг. Почему? Потому что сейчас практически все медицинские инциденты или факты нанесения вреда скрываются. Когда проблемы скрываются, над ошибками никто не работает. Страхование профессиональной ответственности медицинских работников делает невозможным сокрытие как медицинских инцидентов, так и нанесения вреда и работы над улучшением качества услуг.

Есть ли в Казахстане официальная статистика по медицинским инцидентам?

— Официальной статистики нет. У нас был случай, в Казахстан на аккредитацию из Соединенных Штатов Америки прилетели наши коллеги. Ее проводили в одной из клиник. Тогда американцы запросили информацию у наших врачей о медицинских инцидентах, врачебных ошибках. И они говорят ноль. «Как ноль?»  — недоумевали иностранные коллеги. Добросовестные заблуждения бывают, бывают медицинские инциденты, то есть, для них врачебные ошибки — это случаи, которые бывают в любой организации. Врачи так же как и все люди могут, добросовестно и недобросовестно ошибаться, есть еще понятие добросовестного риска и заблуждения. Поэтому одна из норм в законопроекте — это создание и ведение реестра медицинских инцидентов и реестр всех страховых случаев.

Он будет электронный?

— Да, электронный. Самое главное, по всем медицинским инцидентам и фактам нанесения вреда здоровью все данные будут анализировать и вносить изменения в курсы повышения квалификации и программы подготовки кадров. То есть, если мы увидим, что, условно, каждый четвертый врач совершает одну и ту же врачебную ошибку, ее будут разбирать на курсе повышения квалификации, в вузах и так далее. Мы должны не скрывать ошибки, выявлять их, анализировать и упреждать. Вот это и есть повышение качества услуг по аналогии работы принципа «Черного ящика».

Какие случаи страховаться не будут?

— Здесь нужно различать медицинский инцидент и нанесение вреда. Медицинский инцидент страхованию не подлежит. К примеру, пациенту была проведена пересадка почки, но она не прижилась. Здесь нет страхового случая . Или, условно, у человека сахарный диабет, в результате которого произошел некроз тканей. Врачам пришлось ампутировать ногу. Это в большинстве случаев тоже медицинский инцидент. И таких медицинских инцидентов немало. Они случаются, когда врач делает все правильно, по протоколу, по стандарту оказания медицинских услуг, никаких ошибок не совершает, но физиологические особенности организма влекут за собой другие последствия. Это не страхуется, за это никакой ответственности врачей нет.

А что подлежит страхованию?

— К примеру, врач при проведении операции забыл прибор или салфетку в человеке. Это халатность во время операции. За это уголовное наказание никто не отменяет, но возмещение ущерба возьмет на себя страховая компания. То же самое с непредумышленным нанесением вреда человеку, проблемами с тактикой и диагностированием — это страховой случай. Или вот врач вскрыл брюшную полость, а там гной, спайки и при операции задели орган, это тоже вред здоровью и страховой случай, тут наверное хоть добросовестное заблуждение, но страховой случай. Таким образом, при каждой медицинской организации будет независимая экспертная комиссия. А Реестр экспертов по критериям будет формировать Управление здравоохранения.

Говоря о страховании, деньги будут выделяться из бюджета?

— Законопроект вообще о статусе врачей. Мы говорим о статусе, одной рукой даем, а другой рукой говорим, что ты врач, давай еще и плати за страховку. Нам кажется, это не совсем правильно. Поэтому мы дали поправку. Правительству спасибо, они поддержали и дополнительно с бюджета выделили деньги. Эти деньги сядут в тариф. И теперь страховка будет за счет медорганизации. Вообще страхование нужно всем нам. Потому что мы видим, что сейчас у нас медики боятся идти работать в больницы. Или те, кто работает у нас, условно, в стационарах, в больницах, они хотят работать на уровне поликлиник. Потому что это и ответственность огромная, в том числе и финансовая ответственность большая. То же самое, что касается нейрохирургов, хирургов. У них-то риск намного выше. Поэтому мы видим, что у нас сейчас большой дефицит. Медицинские работники говорят, что не хотят идти работать. Некоторые, которые работают, они говорят, что не хотят оперировать. Они больше консультируют и готовы получать за это деньги. Поэтому задача этого законопроекта в том числе снять вот этот риск и урегулировать. Сейчас де-факто все эти правоотношения неофициально и так регулируются на уровне медорганизации. Скидываются, когда есть возможность коллеги и решают проблему с возмещением ущерба пациенту. То есть фактически мы легализовываем существующую, можно так сказать, форму медиации и досудебного регулирования. И это теперь ложится не на коллектив, не на врача, а на страховку. И здесь можно снять все претензии к врачу, так как ущерб уже возмещен.

Деньги будут выделяться из Фонда соцмедстрахования?

— Нет, это будут целевые деньги из бюджета. Порядка 4,5 миллиарда тенге. Это для всех, кто получает госзаказ. Это и частные, и ГОБМП, и ОСМС. Все, что мы получаем в услуге, в тариф будет вшита вот эта сумма, сверху добавится. А частные клиники, которые не участвуют в госзаказе, они будут страховаться самостоятельно. Закон их будет обязывать.

Когда заработает данная норма?

— Норма заработает через шесть месяцев после подписания закона. Мы не знаем, сколько законопроект будут рассматривать в Сенате. Потом есть определенный срок, когда президент подписывает, и так далее. Поэтому мы дали им временной лаг — шесть месяцев со дня подписания. Возможно, это будет ближе к осени. К этому времени Минздраву нужно будет прописать огромное количество правил проведения экспертизы, правила работы вот этих служб поддержки пациента, правила работы НЭК, потом посадить это все в тарифы, все медицинские организации должны заключить договора, создать реестр мединцидентов, и так далее. Это очень серьезная реформа. Все смотрят и выжидают. Но это нужная реформа. Поэтому мы дали такое достаточно большое время для того, чтобы Минздрав точно мог подготовиться.

Данный законопроект очень часто муссировали из-за вейпов, которые хотят запретить, и поправка об этом содержится именно в нем. Многие эксперты говорят, что это своего рода законопроект по борьбе с вейпами. Так ли это? Что вы можете по этому поводу сказать?

— Судя по тому, что я сейчас рассказывал, он не превратился в законопроект по борьбе с вейпами, потому что огромные, очень важные нормы по поддержке медработников и очень серьезные реформы по страхованию. Все это не может быть перекрыто инициативой по вейпам. По вейпам поправки рядом депутатов были вынесены, по этим поправкам было голосование на рабочей группе. Затем, так как это требует Предпринимательский кодекс и законодательство, они были направлены в правительство для получения заключений, проведения анализа регуляторного воздействия (АРВ). По итогам АРВ правительство дали нам заключение о том, что эти поправки поддерживаются. Соответственно, эти поправки в законопроекте сидят, и тоже выходят на второе чтение.

На сколько мне известно, были планы перенести эти поправки в другой законопроект, почему этого не сделали?

— Действительно, в Мажилис должен зайти законопроект по лудомании. Изначально была идея, чтобы поправки по запрету вейпов перенести в законопроект по лудомании. Но дело в том, что это волеизъявление депутатов. Если депутат свою поправку внес, если за эту поправку проголосовали, если по этой поправке проведен АРВ, есть заключение правительства, ты не можешь эту поправку снять и перенести. Если депутат сам не снял. Поэтому эти поправки, соответственно, остаются и выходят.

А решение по вейпам было принято единогласно или споры все-таки были?

— У нас споры всегда в рабочих группах, практически, по каждой позиции, даже если в итоге приходят к единому мнению, тем не менее, это нормально, когда люди сомневаются.

Возвращаясь к страхованию и всем остальным поправкам, как вы считаете, эти реформы привлекут врачей в сферу?

— Сейчас трудно об этом говорить. Но я считаю, что данные реформы хотя бы должны остановить текучку кадров. У нас большая проблема с тем, что врачи боятся сейчас, очень сильно боятся. Надо поддержать врачей. Но надо также думать о правах пациентов. То есть нам очень важно соблюсти баланс. Нам надо соблюсти баланс между интересами пациентов, это 20 миллионов наших граждан. Баланс между интересами врачей. Нам очень важно не перейти на ту или иную сторону, потому что это чревато последствиями. Мне кажется, в данном законопроекте нам это удалось.

Асхат Канатович, спасибо вам большое за интервью! До встречи в среду!