Не создавать лишние преграды для граждан, желающих признать себя банкротами, призвал экономист на круглом столе в Нур-Султане.

По мнению экономиста Аскара Кисыкова, не стоит создавать лишние процедуры для должников, которые хотят пройти процедуру банкротства. Иначе это отсечёт большую часть населения, которые находятся на просрочке.

«Те критерии, которые установлены законопроектом, скорее всего отсекут большую часть населения, которые сейчас находятся на просрочке, и они не смогут воспользоваться этой процедурой. Например, есть условие, что нужно подтвердить факт того, что ты пытался урегулировать свою задолженность с банком или коллектором. То есть, ты должен принести документ о том, что тебе отказали или тебе предлагали условия, которые тебя не устроили. Это тоже излишняя процедура», – заявил Кисыков.  

Также экономист считает, что после принятия человека банкротом не стоит накладывать на него ограничения, как финансовый мониторинг на протяжении трёх лет:

«Зачем это нужно? Если человек прошёл процедуру банкротства, освободился от долгов, на него наложены ограничения, зачем его ещё три года мониторить? Пусть зарабатывает, приобретает имущество – это уже его дело, его право».

Президент Касым-Жомарт Токаев поручил разработать закон о банкротстве физлиц во время январских событий, но мажилис ещё даже не приступил к публичному рассмотрению документа. По словам депутата Дании Еспаевой, парламент примется за проект закона в сентябре.

В свою очередь председатель народной партии Казахстана Ермухамет Ертысбаев заявил, что закон о банкротстве физических лиц нужно принять не позднее осени, иначе в стране может вспыхнуть новая волна протестов.

По данным Ертысбаева, практически всё взрослое население Казахстана имеют финансовые задолженности: 6,3 млн казахстанцев закредитованы банками, ещё  1,2 млн граждан – микрофинансовыми организациями.  За последние три года банковское кредитование физлиц выросло почти на 70% и достигло 11,4 трлн тенге. Поэтому политик призвал не забывать, что основная причина январских событий заключалась в высокой закредитованности населения.