Аресты, обыски, без состав преступления? Бизнесмены Шиели жалуются на произвол в суде

Их обвиняют по статьям 214 и 218 УК РК «незаконная предпринимательская деятельность» и «легализация доходов, полученных преступным путем». Расследование проводил департамент экономических расследований по Кызылординской области Агентства по финансовому мониторингу (АФМ).Дело длится почти год и уже вызвало общественный резонанс. Подсудимые - предприниматели, которые, по словам защиты, самостоятельно выстроили бизнес с нуля. Они являются единственными кормильцами своих семей, где воспитываются по 3–4 несовершеннолетних ребенка, а также находятся на иждивении престарелые родители.

Хронология: от наркосбыта к криптобирже

По информации защиты, в 2024 году в Астане было начато досудебное расследование по факту сбыта наркотиков в особо крупном размере через Telegram-каналы и боты. В ходе анализа финансовых потоков следствие вышло на операции с цифровыми активами, после чего внимание правоохранительных органов было сосредоточено на предпринимателях, торговавших криптоактивами на платформе Binance. Именно через операции на этой площадке, по версии следствия, происходила легализация средств.

Позиция обвинения: «профессиональные отмыватели»

По официальной информации АФМ, расследование завершено по факту организации незаконного оборота цифровых активов и легализации доходов от продажи наркотиков. Версия обвинения включает следующие тезисы:

- общий оборот по криптокошелькам превысил 1,88 млрд тенге;

- якобы легализовано 603 млн тенге, полученных от продажи наркотиков через Telegram-каналы;

- использовалась сеть дроп-карт, зарегистрированных на иностранных граждан;

- на предполагаемые преступные доходы приобретены жилой дом, квартира, пять автомобилей и построен семейный ресторан.

В публичных материалах АФМ заявлялось о причастности задержанных к содействию наркоторговле, однако официально этого нет в обвинительном акте.

Позиция защиты: законная торговля и отсутствие умысла

Адвокат подсудимых - Болат Избасханов утверждает, что его подзащитные занимались легальной торговлей криптоактивами на платформе Binance, которая действует на территории Казахстана и не запрещена государством.

По его словам, предприниматели покупали и продавали цифровые активы как обычные трейдеры, не знали и не могли знать, кто стоит за аккаунтами контрагентов.

«Факт сговора с наркоторговцами следствием не доказан, доказательств осведомленности о преступном происхождении средств не представлено. В официальном обвинении отсутствует статья за сбыт наркотиков. Однако в публичных публикациях АФМ содержались утверждения о причастности к распространению наркотиков», - заявил адвокат Избасханов.

Это, по мнению защитника, нарушает принцип презумпции невиновности.

Презумпция невиновности и публичные заявления

Ключевым спорным моментом стало распространение в социальных сетях АФМ информации о якобы причастности предпринимателей к наркоторговле. При этом подобное обвинение официально им не предъявлено.

В обвинительном акте фигурируют только статьи о незаконном предпринимательстве и легализации доходов. Защита считает, что подобные публикации формируют негативное общественное мнение и фактически представляют подсудимых виновными до вынесения приговора суда.

По этому поводу, адвокатом Болатом Избасхановым подано ходатайство, которое пока не рассмотрено. Адвокат подчеркнул, что публичное приписывание более тяжких преступлений, чем те, что указаны в обвинении, может рассматриваться как нарушение принципа презумпции невиновности.

178 миллионов тенге или убыток?

Одним из центральных противоречий дела стали финансовые расчеты. Версия следствия гласит, что доход от незаконной предпринимательской деятельности равен 178 млн тенге. И последующая легализация этих средств была через приобретение имущества.

Однако независимый, предварительный аудит и данные, полученные через службу поддержки Binance, говорят о том, что подсудимые не получили никакого дохода, более того, понесли убыток около 8 800 долларов.

«Прибыль в особо крупном размере отсутствует. Следственные расчеты основаны на неполных и недостоверных данных. Разница между оценками - принципиальная. В случае отсутствия прибыли отпадает ключевой элемент состава преступления по статье 214, а значит ставится под сомнение и обвинение в легализации доходов», - подчеркивает адвокат шиелинских предпринимателей.

Изъятые флешки и техника: доказательства или эффект для публики?

Во время обысков были изъяты ноутбуки, жесткие диски и большое количество флеш-накопителей. Эти кадры активно демонстрировались в публичных видеоматериалах АФМ.

По словам адвоката, на носителях содержатся электронные цифровые подписи и личные архивы (фотографии и видео с семейных мероприятий).

«Значимой для уголовного дела информации там не обнаружено. Доказательств преступной деятельности на изъятых носителях нет. Акцент в видеоматериалах АФМ был сделан на «массовом изъятии техники» и мог быть использован для усиления общественного эффекта», - заявил защитник.

Имущество под арестом

С санкции суда арест наложен на жилой дом, квартиру; пять автомобилей; семейный ресторан и спецтехнику. Обвинение считает это результатом легализации преступных доходов. Защита настаивает, что при отсутствии доказанной прибыли отсутствует и источник «преступных средств», а значит, и основание для квалификации по статье 218.

Общественные последствия дела против предпринимателей

По словам защиты, уголовное преследование уже отразилось не только на самих подсудимых, но и на их семьях и сотрудниках бизнеса. Речь идет о нескольких десятках работников, чья занятость напрямую зависит от предпринимательской деятельности обвиняемых. В случае оправдательного приговора, утверждает сторона защиты, речь пойдет не только о восстановлении репутации, но и о серьезных последствиях для делового климата в регионе.

Что предстоит решить суду?

В суде под председательством Жаксыгуль Сарбасовой предстоит дать ответы на ключевые вопросы:

Доказан ли факт извлечения прибыли в особо крупном размере? Был ли умысел на легализацию преступных доходов? Подтверждена ли осведомленность подсудимых о происхождении средств? Соответствуют ли публичные заявления госоргана официальному обвинению?

Однако сторона защиты выражает опасения в том, насколько объективно будет рассмотрено дело в суде. Поводом для подобных подозрений стал факт того, что на последнем процессе судья Жаксыгуль Сарбасова запретила журналистам вести аудио-фото-видеосъемку процесса. Она объяснила это тем, что материалы СМИ могут влиять на общественное мнение по процессу.

Родственники подсудимых недоумевают, ведь если следствие провело свою работу корректно, а суд рассматривает дело по закону и справедливо, то что скрывать от общества?

Адвокат Болат Избасханов не согласился с таким решением судьи и заявил ей отвод. Однако судья Сарбасова отклонила его и настояла на своем решении по запрету для СМИ вести съемку процесса.

Пока стороны продолжают представлять доказательства. Окончательное решение по делу еще не принято, и именно суду предстоит определить - были ли действия предпринимателей преступными или речь идет о неправомерной квалификации хозяйственной деятельности.